robertson_ei (robertson_ei) wrote,
robertson_ei
robertson_ei

«Так просто я, конечно, не умру». О красногорском Музее немецких антифашистов

«Все-таки это безобразие — жить рядом с музеем и ни разу в нем не побывать», — подумала я в очередной раз, взяла с собой bootsector и myllyenko и отправилась выяснять, откуда в Красногорске немецкие антифашисты и чем они заслужили музей.


Обманутая невзрачной наружностью музея, я ожидала увидеть полтора одинаковых стенда и советскую тетушку-смотрительницу с пучком по голове, такую «мадам Нетрогать».

Но вместо нее нас встретил сухощавый и энергичный Сергей Иванович Побежимов. Уже через пятнадцать минут разговора с ним мне стало стыдно, что я так долго игнорировала музей. Через полчаса я поняла, что информации здесь хватило бы на десять экскурсий. А через час мне уже казалось, что на дворе 1941 год и надо срочно записаться на курсы медсестер.



Экспозиция музея гораздо шире, чем заявлено в названии. Скорее это музей, посвященный человеку в условиях войны и плена. Начинается повествование с Первой мировой войны, Версальского мира, сближения России и Германии, прихода нацистов к власти.

Здесь воссозданна атмосфера комнаты 30-х гг.: (фото)



«Майн кампф», газеты, форма, приемник, знамя — все подлинное. «Мы хотели показать этот путь: как триумфально фашизм начинал, с „Майн кампф“ и пропаганды, а закончил ватниками и лопатами в русском плену», — рассказывает Ираида Михайловна Ружина, заведующая экспозиционно-выставочным отделом.

Следующий стенд посвящен антифашистскому движению в Германии. Вот, например, немецкая книжечка антифашистской пропаганды, замаскированная под пособие «Как выращивать кактусы»:



Затем композиция продолжается началом ВОВ и созданием на территории Красногорска оперативно-пересыльного лагеря для военнопленных № 27. Единственный из нескольких сот имевшихся тогда лагерей, он подчинялся непосредственно центральному ведомству — НКВД СССР. Почти за 9 лет его существования через него прошла практически вся так называемая «элита плена», в общей совокупности около 50 тыс. человек, представители более 20 наций Европы, а также Японии.



Композиция «лазарет»:



Ухаживали за пленными добросовестно. Одного из врачей, Н. М. Радуцкую, пленные называли «ангелом из Красногорска». Судьба у этой женщины, к сожалению, была совсем не ангельская: еврейка по национальности, она потеряла всех своих родных.

На территории лагеря действовала школа антифашистов. В здании школы и располагается сейчас музей. В школе готовили сотрудников политотделов, которые потом отправлялись на фронт: «их оружием было слово. И отправляли их исключительно в политуправление, в седьмые отделы, где они работали с военнопленными, печатали листовки и так далее», — рассказывает Ираида Михайловна.

Обучение в школе было добровольным. Находились и охотники поучиться из-за лучших условий существования — таких пренебрежительно называли «кашистами» (от слова «каша»).

Композиция «землянка антифашиста»:



Обратите внимание, со свойственным немцам стремлением к рационализации этот военнопленный приладил к печатному станку педаль от швейной машинки — это сильно облегчало работу.

Многие пленные занимались самообразованием. Так, один из заключенных, Ф. Штуде, решил выучить русский язык и в качестве учебника использовал... «Евгения Онегина». Язык Штуде выучил в совершенстве и впоследствии работал консулом ГДР в Ленинграде.

Учили язык и другие заключенные. До нас дошла, например, русскоязычная стилизация под журнал «Крокодил», нарисованная немецким военнопленным Г. Германном в 1947 г.:





Зоолог и врач Конрад Лоренц не только продолжал научную работу в лагере, но и переписывался с советскими учеными, а по окончании войны смог вывести свои материалы на родину. В 1973 году он стал лауреатом Нобелевской премии по физиологии и медицине.

Сотрудники музея всячески подчеркивают, что к военнопленным в лагере относились по-человечески. «В советские времена посещение нашего музея было обязательным для всех официально прибывающих туристов из ГДР, — рассказывает Ираида Михайловна. — У нас было по три-четыре автобуса в день. И многие люди, которые прошли наш плен, еще были живы. Надо было слышать, с какой благодарностью и любовью они вспоминали о наших людях. Это было, я свидетель. Потом, в 90-е, когда жить было трудно, нам приходили посылки с кофе, печеньем и так далее».

Именно в Красногорске 12-13 июля 1943 года был создан Национальный комитет «Свободная Германия». Как нетрудно догадаться, НКСГ занимался пропагандистской деятельностью против диктатуры Гитлера и руководства вермахта. «Гитлер должен пасть, чтобы Германия жила» — гласил их лозунг

Манифест НКСГ:



«Они очень многим рисковали, — рассказывает Ираида Михайловна. — И действовали по убеждению. Не потому что любили Советский Союз и хотели победы Красной Армии. Они хотели спасти свою родину, свою Vaterland. Они понимали, что Германия перестанет существовать, что она будет разделена, как впоследствии и случилось».

Одна из основных точек напряжения, на которой держится музей, — это разница условий плена в СССР и плена в Германии.

Советский военнопленный в одном из пересыльных лагерей вермахта меняют свое белье на хлеб: 1941 г.



Статистика говорит сама за себя: в советском плену выжило 70 процентов, в немецком — всего 30.

Одежда узников немецкого концлагеря:



Цвет нашивок указывает причину заключения (красным цветом обозначались коммунисты, зеленым — уголовники и так далее). Место расположения нашивки тоже имеет значение. Если попытку к бегству предпринимал заключенный с нашивкой на груди, его можно было убить, если же нашивка была на ноге — только ранить.

Несмотря на все ужасы немецкого плена, у людей находились силы не просто выживать, но и оказывать сопротивление. Откуда-то, например, нашлись силы у пленного Михаила Девятаева, который не просто сбежал из плена, а угнал немецкий самолет с радиоаппаратурой ракет «Фау-1» и «Фау-2» на борту. После этого Гитлер объявил Девятаева своим личным врагом.



А вот, наверное, самое сильное впечатление — последняя записка из солдатского медальона А. З. Огородницкой: «Сегодня я, может быть, живу последний день. Странное чувство — но нисколько не страшно. Прощай, Москва, родина, прощай, мой прекрасный муж, сестра, друзья... Так просто я, конечно, не умру... Прежде умрут несколько фашистов...».



Честно говоря, в истории я ужасный профан. То есть Ледовое побоище со Сталинградской битвой, конечно, не перепутаю, а так всякое может быть. Дело в том, что без дополнительной зубрежки я не в состоянии ничего запомнить, если с этим не связано какое-то переживание. Само переживание, если оно достаточно сильное, забыть я уже не смогу — оно во мне отпечатывается намертво. myllyenko даже вывел теорию (думаю, не он первый), что мне для запоминания нужен эмоциональный якорь. Так вот, в музее переживаний было у меня предостаточно. И забыть врача Радуцкую, героя Девятаева, немца, приладившего педаль от швейной машинки к печатному станку, и многих других я уже точно не смогу. А это большой музейный успех, я считаю.


Сайт музея: http://www.mmna.ru/
Адрес: Московская область, г. Красногорск, ул. Народного Ополчения, 15.
Как добраться.
От м. Тушинская: автобус 542, 542п, маршрутка 120 до остановки «Улица Народного ополчения».
От станции Павшино: автобусы 833, 806 до остановки «Почта», 827 до остановки «Улица Народного ополчения».

Часы работы:
пн — выходной
вт-вс 10:00-18:00,
последняя пятница месяца — санитарный день.

пс. за фотографии и редактуру спасибо самоотверженному и педантичному bootsector

Tags: музей
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments